• Версия для печати
  •               Просмотров 7915 Добавить в избраное

William Robinson / Уильям Робинсон

(1838 - 1935)


William Robinson / Уильям Робинсон

Уильям Робинсон, ирландец по происхождению, долгое время работал в качестве практикующего садовника, а также оказал громадное влияние на развитие садоводства как автор многочисленных трудов, в которых он бичевал викторианский регулярный стиль и итальянское партерное садоводство, пропагандируя более натуральные и естественные посадки. Он был чрезвычайно сложный человек, и мнения о нем ходили диаметрально противоположные. Гертруда Джекилл (Gertrude Jekyll) безмерно восхищалась садовыми идеями Робинсона и, безусловно, они нашли отражение в ее собственных работах, в то время как Эдвин Лаченс (Edwin Lutyens) однажды отозвался о нем, как о старом дурном зануде. Конечно, вспыльчивая и резкая манера общения не прибавляла Робинсону популярности, учитывая, что в то далекое время поведение человека в обществе имело существенное значение. Именно поэтому, на слуху больше были имена Джекилл и  Лаченса, а также главного антагониста Робинсона – Сэра Реджинальда Бломфилда (Sir Reginald Blomfield). В то время, когда недостатки викторианских садов стали очевидны, и шел поиск альтернативы, Робинсон резко высказывался о том, как изменить ситуацию в лучшую сторону.

 

Всю свою жизнь Робинсон скрывал ирландское происхождение и, вероятно, его страстным желанием было доказать, что он способен оторваться от своих корней. Это подстегивало его амбиции, что в результате привело к признанию и позволило значительно улучшить  материальное состояние. До наших дней не дошли сведения о том, рано ли он начал интересоваться садоводством, и был ли у него за спиной значительный опыт к тому времени, как он приступил к работе над Ирландским Национальным ботаническим садом (Irish National Botanic Garden) в Гласневине (Glasnevin) – городском районе Дублина. В 1861 году Робинсон покинул Ирландию и перебрался в Лондон для работы над Королевским ботаническим садом в Риджентс Парке (Royal Botanic Gardens in Regent's Park). Именно здесь сформировалось его будущее как садовника. В Англии он напрямую столкнулся с издержками викторианского садоводства, которые вскоре осудил в нескольких научных статьях. Его работа в Риджентс Парке представляла собой сбор коллекций выносливых травянистых растений – это позволило ему хорошо изучить местную флору и сформировало неистовую любовь к декоративным многолетникам. Статус Робинсона пока еще был относительно низкий, но уже в возрасте двадцати девяти лет, в 1866 году, он был избран членом Линнеевского общества. Вскоре после этого, Робинсон покинул Риджентс Парк, чтобы начать полноценную карьеру в качестве внештатного садового писателя.

 

Поскольку опыт в написании статей для тематических садовых журналов у него уже имелся, Робинсон без труда нашел работу и несколько последующих лет трудился в качестве садового корреспондента в газете Таймс (The Times). Кроме того, он писал статьи для Гарденерс Хроникл (The Gardener's Chronicle) и Филд (The Field). Его первые две книги – "Собрание сведений о французских садах" и "Парки, бульвары и сады Парижа" явились результатом нескольких месяцев, проведенных в Париже, где он освещал всемирную выставку. Опыт изучения французского садоводства вызвал у него характерную и неоднозначную реакцию – жесткое неприятие французских садов с одной стороны, и безмерное восхищение их технологиями и методами садоводства с другой. Так было до его третьей книги, "Альпийские цветы для английского сада", где впервые нашли отражение его собственные конкретные убеждения по поводу потенциальных улучшений английских садов, и его следующая книга – "Дикий сад", опубликованная в том же году, четко подтверждает его мировоззрение. Ключевым моментом книги стал взгляд Робинсона на использование местных, "диких" растений в естественных, не надуманных композициях. У книги появилось большое количество критиков, многие из которых пользовались уважением в садовом мире, однако, она имела мгновенный успех и до сих пор пользуется спросом – последнее переиздание было в 1983 году.

 

В 1871 году Робинсон предпринял решительный шаг в своей карьере и основал еженедельник Гарден (The Garden), который вскоре стал самым читаемым садовым журналом того времени. Это дало ему возможность регулярной публикации собственных садовых идей и критики тех, кого он считал своими оппонентами. Журнал был распространен в  широком кругу представителей среднего класса, претендующих на звание садовников.

 

В 1883 году Робинсон обобщил весь накопленный материал, дополнил его и издал книгу "Английский цветочный сад", которая стала краеугольным камнем в основе его авторитета. Это был настоящий успех – до конца жизни автора книга претерпела пятнадцать изданий. Робинсон разделил содержание книги на два раздела – в первом были описаны пропагандируемые автором методы садоводства и подходящие растения, а в качестве примера демонстрировались различные частные сады. Вторая и большая часть книги представляла собой каталог травянистых растений, кустарников и деревьев, растущих в Британии в то время. "Английский цветочный сад" стал своего рода учебником и настольной книгой для наиболее увлеченных последователей Робинсона.

 

Его журналы и книги, которые продолжили выходить после "Английского цветочного сада", принесли Робинсону как авторитет, так и благосостояние, и в 1885 году он приобрел в собственность имение Гравети Мэнор (Gravetye Manor) в Сассексе, где и проживал до своей смерти. Некоторых современников забавляло его "сеньорское" отношение к своей собственности и некоторые элементы регулярного стиля, которые он ввел в свой сад – террасы и лужайки, перголы и шпалеры, четкие участки для различных видов растений, разделенные симметричными мощеными дорожками. Но, несмотря на эти очевидные уступки оппозиции, сад в Гравети Мэнор был верен большинству его принципов, особенно в обширных лесистых участках, где Робинсон смешал в посадках местные и экзотические деревья с цветущими кустарниками. Несмотря на то, что, к сожалению, после его смерти сад пришел в упадок и обширные лесистые области в 1935 году стали собственностью Лесной Комиссии, основные части сада около загородного отеля были недавно восстановлены.

 

Даже после того, как Робинсон скончался в возрасте 97 лет, его садовые "баталии" еще долго продолжались – доказательства этому можно найти в садах по все Британии. В предисловии к одному из изданий "Английского цветочного сада" хорошо прослеживается направленность и отправные точки его "крестового похода":

"Эта книга собрана из множества несбывшихся надежд и воюющие стороны теперь лучше вооружены и ставят себе более грандиозные цели. Я приехал в Лондон в то время, когда в Кенсингтоне только закладывался сад Королевского общества садоводов (Royal Horticultural Society), когда на различных уровнях использовалась серия устоявшихся шаблонов, а Хрустальный дворец (Crystal Palace), во всем своем расцвете, описывался в прессе как наиболее чудесное достижение современного садоводства – с водными храмами и дорожками, огромными каменными бассейнами и всей этой Версальской театральщиной...

…Было мало смысла от таких восторгов по поводу дизайна сада или он отсутствовал вообще, те же жалкие имитации итальянского сада использовались повсеместно. Если место не соответствовало задуманному стилю, рельеф выравнивался, чтобы проект "лёг" на участок и мог быть воплощен – очень затратный путь для получения обычного нелепого результата… Цветочный сад был сделан из нескольких видов цветов, которые люди сажали тысячами, даже десятками тысяч и были очень горды этим. Такой вот подход, более-менее сложный, применялся в каждом саду, включая даже самые бедные сады. Было нелегко избавится от этого ложного и отвратительного искусства. Но, в то время я работал в Риджентс Парке, где существовал маленький садик с английскими растениями. Именно это отправило меня в богатые на растения районы за пределами Лондона, от орхидейных лугов Бакса, до южного, не потревоженного вспашкой, побережья в Эссексе. Так, постепенно, формировались идеи (которым, кстати, нужно обучать каждого мальчишку еще в начальной школе), согласно которым, невероятная красота таится в нашей родной природе – цветах и деревьях, а потом пришла мысль, что если так богата наша собственная флора, то мы можем даже и не смотреть в сторону северных стран или стран с умеренным климатом...

...От подобных мыслей я перешел к актуальным, практическим вещам – я видел садовников-цветоводов, пытающихся, в основном, конкурировать в своих изысках с производителями плитки или обойщиками, отбрасывая с презрением все те прекрасные вещи, которые по высоте или форме не подходят к этой идее (такой же глупой, как и в жизни), и это, к сожалению, является правилом не только для садов при виллах, но и для наших больших публичных и частных садов. К счастью, всегда оставалась красота лесов и аллей и прелестные коттеджные сады в пригороде Лондона, - хотя и редко, но встречающиеся тихие сады с элементами, созданными и сгруппированными самой матерью-природой. С этого момента я ясно видел, что принятый путь садоводства является большой ошибкой и серьезным препятствием на пути к истинному садоводству и любого рода художественным приемам в цветниках или домашнем ландшафте, и принял решение сражаться за свое дело всеми доступными мне методами".

 

Валерия Цивинская, Михаил Щеглов

GARDENER.ru

 


 

Сады и парки, в создании которых участвовал Уильям Робинсон:

 


       


Смотрите также

Friedrich Ohmann / Фридрих Оман

На смену эпохи историзма пришел стиль модерн, который оставил значительный след в европейской культуре XIX-XX столетий. Основной его характеристикой являлось использование ... 


Комментарии